Не жертвуйте собой, когда не просят...

Взято со страницы http://community.livejournal.com/rabota_psy/70920.html

Почему-то принято считать, что понятие "боевого посттравматического стресса" первыми описали психологи США. Якобы до "вьетнамского синдрома" человечество ничего подобного не замечало. На самом деле русские учёные ещё в начале 20 века, после проигранной японской кампании, доказали: неврозы, психозы и алкоголизм у её ветеранов – закономерность. В наше время комиссии по помилованию вынуждены вникать в десятки дел бывших военнослужащих, которые, вернувшись с войны, совершили убийства и другие особо тяжкие преступления. Многие из них имеют боевые награды. Увы, и это закономерность – именно те, кто отличился, а значит, хорошо адаптировался к "спецоперациям", особенно часто не могут найти себя в мирной жизни. Вернувшись домой, они продолжают видеть мир сквозь прицел АКМ. Избавиться от этого восприятия многим из них так же трудно, как наркоману от своей зависимости.

ОСТАВЬ МЕНЯ, МАМА…

"Я жена военного. Недавно мой Лёша вернулся из Чечни, живой и невредимый. Казалось, все беды позади. Позади ежевечернее судорожное переключение каналов в поисках новостей и сводок. Позади бессонные ночи и страшные предчувствия. Но всё оказалось гораздо хуже…

Я не знаю, что с ним творится. Он замкнулся в себе, не хочет ни с кем говорить. Мы стали ссориться, причем я не могу понять, из-за чего он вдруг начинает кричать и злиться. Ему везде мерещатся обман и несправедливость. По вечерам он уходит в гаражи, к таким же нелюдимым и озлобленным приятелям, с которыми напивается до беспамятства. Несколько раз он ввязывался в драки, один раз его даже полоснули ножом. Он часто стонет во сне, но никогда не рассказывает ни о том, что ему снится, ни о том, что было наяву. Мне кажется, что если ему не помочь, то разрушится не только наша совместная жизнь, но и его жизнь вообще. Но как здесь можно помочь, не знаю". (Валентина, Екатеринбург).

Психологи Союза "Женщины Дона" очень осторожно, не называя имён и без подробностей, рассказывают про то, как война отражается на душевной и духовной жизни мужчин в погонах. "Я уже не человек, я машина для убийства", – говорит молодой офицер с тонкими и выразительными руками интеллигента. "Что я скажу маме?" – мучается солдатик, призванный в армию из глухой сибирской деревни. Мать благословила его на ратный подвиг, а он в Чечне попал в плен. Как оправдаться, как искупить свою "несостоятельность" перед близкими, перед земляками?

"По ночам он вскакивает, кричит, зовет на помощь, обещает кому-то отомстить. Днем – замкнут, неразговорчив, мать боится к нему подойти. Не был ни ранен, ни контужен, но на его глазах на мине подорвался лучший друг. Говорит, что хочет снова в Чечню – “всех их перебить”", – так Алла Васильевна Власова, председатель Брянского комитета солдатских матерей, рассказывает об одном из мальчишек, обратившихся в комитет за помощью. Похожие истории рассказывают солдатские матери из Сибири, Средней России и Заполярья.

Володя вернулся из Чечни в родную Вятку в июне, но до сих пор "воюет". Сидит в комнате и долго глядит в одну точку. Часами просматривает три десятка фотографий, которые удалось спрятать от обыска при увольнении в запас. На все вопросы, связанные с войной, один ответ: "Оставь меня, мама!"

Лёша, его земляк, штурмовал в Грозном залитую кровью площадь Минутка. После возвращения почти год не мог прийти в себя. А недавно родители вытащили его из петли.

На форуме сайта WWW.POLK.RU мне попалась мессага без подписи (орфография автора): "Чечня это такая грязь в которую кидают необученых малолеток 1-го года. Я сам был в этом Гадстве и если честно то скоро захотел сдохнуть и лез нарожон но потом мне случайно повезло. Я встретил таких Людей, которых в обычной жизни не встретиш. Это были ребята из ОМОН г Мурманска. Еслибы не они меня уже похоронили бы. Небуду называть имена, только прозвища "Удав", Абрамыч, и ТД. Только эти Люди помогли мне остаться там в живых" .


В этой войне нет ни победителей, ни побеждённых. Даже те, кто выжил, вернулся домой, – всё равно её жертвы.

"В Чечне нас встретили как оккупантов, – рассказывает Сергей из Бердской бригады спецназа. – Описывать, что там творится, бесполезно. Иногда, насмотревшись на трупы, уже не было сил убивать. Старухи бросали нам в лицо проклятия, рыдали, желали смерти. Оставалось только обращаться к Богу с молитвами “спаси и сохрани”. Когда мы уезжали в Дагестан, старухи заметали наши следы – чтобы не было нам нигде удачи, чтобы не избежать скорой гибели – такое у них поверье" .

СИНДРОМ "НЕВОЗВРАЩЕНИЯ С ВОЙНЫ"

В своём сознании человек, вернувшийся из Чечни, продолжает участвовать в войне. Дома эти ребята не могут ходить по траве – боятся "растяжек". В темноволосых прохожих им мерещатся боевики. Неожиданный шум или выхлоп автомобиля заставляет падать на землю, спасаясь от "взрыва". Долгое погружение человека в экстремальную ситуацию военного конфликта ломает его психику. Обычная мирная жизнь, суета вокруг мелких житейских проблем кажутся беспредельно циничными для солдата, на глазах которого каждый день умирали его друзья.

Появляются расстройства адаптации: немотивированная агрессия, тревога, кошмары во сне, поиск справедливости везде и всюду, навязчивая жажда возмездия, состояние депрессии, доводящее до попыток суицида. Пережитое замещает реальность, меняется сама сущность личности... Недаром же американские полисмены из групп захвата после каждой перестрелки проходят курс реабилитации.

Однако это в Америке, где психотерапия – национальный культ. В России не приучены пользоваться услугами психологов. А ведь в помощи нуждаются не только те, кто, вернувшись с войны и не найдя здесь применения своим силам, уходят в пьянство, становятся наркоманами. Проблема наркомании в таких случаях вторична, потому что главное – поиск своего места в жизни и её истинного смысла, обретение будущего. Всё это, увы, утрачивается на войне.

В Приморском крае, в посёлке Большой Камень группа специалистов из Санкт-Петербургского Института Позитивной Динамической Психотерапии и Психологии Отношений, работая по программе "Светлый круг" (автор В.Ю. Слабинский), встречалась с ветеранами: консультировали, вели психотерапевтический прием. Николай С. пришёл в первый же день и ходил на все сеансы терапии. Для исповеди выбирает "своего" психолога – хрупкую Зою Лютик. Врачу Андрею Макарову не доверяет – перед мужчиной нельзя быть слабым, как и на войне. На просьбу журналиста Марины Ивлевой поприсутствовать, Коля автоматически прикрывает лицо руками. Уже потом Зоя объясняет: это естественно, что сильные мужчины не хотят жаловаться. Инстинкт войны – нельзя быть уязвимым. И эта рука, закрывающая лицо, – как поспешно надетая маска…

"Матери ждут возвращения своих возмужавших мальчиков, – комментирует директор Санкт-Петербургского Института Позитивной Динамической Психотерапии и Психологии Отношений, автор программы социально-психологической реабилитации вернувшихся с войны и тех, кто их ждал "Светлый круг", доцент Владимир Слабинский – а мальчики-то порой надломленные. Никто никогда не расскажет, что убивал, горло кому-то перерезал, – а груз тягостных воспоминаний давит. Груз невысказанности и неискренности. Пришла мама, рассказала: сильно напившись, сын плакал, вспоминал про горы трупов – тex, что вчера были парнями…"

Виктора Н. девушка преданно ждала из армии. Отслужил парень в Чечне, встретились, радости не было предела. Выпивал сначала за встречу. Потом за удачное будущее. Потом, конечно, за друзей, что остались там навеки. Потом уже – чтобы снять тягостные воспоминания. Запил совсем. Девушка ушла. А Витя сильно и не жалел – "подумаешь, добра такого – молодой ещё, чтобы строить отношения надолго".

"Увы, почти закон: если кого-то из Чечни ждёт девушка или даже жена с ребенком, – сплошь и рядом после возвращения начинаются проблемы, нередко они расстаются, – комментирует психолог Санкт-Петербургского института Позитивной Динамической Психотерапии и Психологии Отношений, кандидат психологических наук Наталья Виничук. – Почему? Если представить подсознательные, сквозь щемящую неж-ность, размышления мужчины, они примерно такие: "Она была дома, в тепле, разве ей понять мои переживания? Мы навечно останемся далёкими". Иногда расставания, разводы преследуют бывших "чеченцев" и "афганцев" потом, даже много лет спустя".

В семьях афганцев количество разводов составило около 60%, по чеченской войне и другим локальным конфликтам статистики пока ещё нет. Но ситуация, о которой идёт речь в том письме, с которого начинается этот материал, стала повседневным кошмаром тысяч российских женщин.

А вот что пишет об этих проблемах вице-президент Независимой психиатрической ассоциации России, директор научных программ Института психотерапии и консультирования "Гармония", доктор медицинских наук Виктор Каган: "При современных средствах ведения войн насилие даётся не труднее, чем в виртуальных играх. Однажды совершённая агрессия или молчаливая, пассивная сопричастность ей способны оставлять тяжкий след, смутное чувство вины, освободиться от которых можно попытаться либо отыграв насилие вовне и введя его в норму поведения, либо перенеся акцент с него самого на причинные и целевые легенды (вина кого-то перед народом, достижение светлого будущего, очищение от скверны или ереси, обеспечение дисциплины и порядка и прочее). Это интуитивно знают все организаторы погромов и точно выразил губернатор Кондратенко, заявивший: "Понаблюдав публичное повешение нескольких "врагов", народ все поймёт и примется за дело сам". Я обозначил это как ПТСС – "посттоталитарный стрессовый синдром".
ПРИВЫЧКА УБИВАТЬ

Увы, только у нравственной личности ПТСC выливается в депрессию, и его разрушительная сила обращена внутрь, на самого себя. В половине случаев он принимает форму вспышек агрессии, направленной на окружающих. Статистики преступлений, совершённых ветеранами недавних войн (от Афгана до Чечни), не ведёт никто. И вряд ли она появится – слишком многие в этом не заинтересованы. Тем более, что только в ЖХ-385/5 – мордовской колонии для бывших сотрудников правоохранительных органов и солдат внутренних войск – таких ветеранов 146 человек. Целая рота бывших снайперов, разведчиков, командиров отделений и расчётов, пулемётчиков, гранатомётчиков, миномётчиков, оперативников и сапёров. Чечню прошли 76 заключённых, Таджикистан – 10, Нагорный Карабах – 14, Абхазию – 7, Северную Осетию и Ингушетию – 13, прочие горячие точки (Тбилиси, Баку, Южную Осетию, Москву-93 и т.п.) – еще 18 человек. Из них 42 награждённых – ордена Мужества, Красной Звезды, медали. Колония строгого режима, попадают сюда за тяжкие преступления. Убийства, разбой, похищение людей. И срок редко у кого меньше семи лет.

"Примерно половина из них с опытом неоднократных убийств. Один мне признался, что 23 человека погубил. Все эти заключённые наверняка страдают ПТСС. Для лечения нужны лекарства, которых у нас нет. Остается одно – добрая беседа. Я скорее шаман, чем врач", – говорит Николай Ялышев, врач-психиатр, начальник медицинского отдела колонии. Сюда свезены серьёзные, отчаянные преступники. Ведут себя спокойно. Каждый понимает, что, "отмочив любой зехер", он может смертельно разозлить другого такого же психа. Странная хворь – чеченский синдром. Обостряется, когда поблизости есть тот, кого можно третировать. А попадет иной синдромщик в компанию себе подобных – и куда что девается. Сама деликатность и предупредительность.

Вот снайпер по профессии, 28-ми лет. Убивать людей его научили еще на срочной – в разведбате на таджикско-афганской границе. Шесть командировок в Чечню в составе курского ОМОНа, еще несколько выездов с другими отрядами. Награжден орденом Мужества. Привёз с войны целый арсенал – на продажу. Первого же должника убил. Из приговора: "Раскаивается, но считает, что потерпевший своим неприличным поведением заслужил смерть". Десятилетний срок он, по снайперской методике, мысленно разбивает на короткие отрезки. Идя на убийство, Снайпер знал, что сядет. По его словам, в Чечню ехать больше не хотел, а на воле места не было. Зона нравится. Дисциплиной и совершенно новой наукой выживания. Снайперу даже интересно. "Я прирождённый солдат, – серьезно говорит он. – У нас не принято копаться в себе. И в Чечне я воевал не за Родину, не за деньги, а потому что мне там было интересно – ведь за чеченцев сражались профессионалы, снайперская элита со всего мира!"

Кавалер ордена Мужества, герой Будённовска Ю. Богдаш сидит за похищение ребёнка: увез мальчишку в Чечню и требовал выкуп. Чтобы накормить своего ребенка, украл соседского.

Десантник, устроившийся работать охранником, получил 7 лет за "сражение" с мелкими хулиганами. Пьяная компания попросила чего-нибудь на закуску, вели себя развязно. Сашке показалось: враги напали на вверенный ему объект. Дрался, как лев, взял "пленного". Связал, посадил в сарай и потребовал контрибуцию – а что он ещё умел делать?

Все последние годы газеты пестрят заметками о криминальных последствиях посттоталитарного стрессового синдрома: в посёлке Степанцево Вязниковского района Владимирской области двое контрактников – чеченских ветеранов – одному земляку отрезали оба уха, второго забили насмерть в его собственном доме.

В Санкт-Петербурге милиционер А.А. Николев без всяких оснований застрелил одного студента и тяжело ранил другого. На вопрос: "Чем вы занимались во время командировки в Чечню?" – ответил: "Тем же самым".

26-летний ветеран Чечни в поселке Надвоицы Сегежского района зарезал троих. Первое убийство произошло в ходе перепалки в подъезде пятиэтажного дома. На крик выбежал сосед убитого, который также получил смертельное ножевое ранение. После этого нападавший отправился к выходу и на беду встретил в подъезде 75-летнюю пенсионерку, возвращавшуюся домой. Женщина спросила, что за шум был наверху, и вместо ответа получила удар ножом. На первом допросе он пояснил, что немотивированные вспышки гнева наблюдаются у него после боевых действий на Северном Кавказе.

Другой "экс-чеченец", бывший милиционер, придя за справкой в отдел кадров, зарезал служащего, работа которого ему не понравилась.

Попав в зону, все эти "прирождённые воины" ведут себя на удивление прилично. Строгий режим, жёсткое окружение, автоматчики на вышках помогают им держать себя в руках. Зато после освобождения выбор у них будет невелик: незаконные вооруженные формирования, организованные преступные группировки или новый срок за машинальное убийство невоздержанного на язык собутыльника. Обратно в зону, к милой сердцу дисциплине, суровому режиму и ежечасному чувству опасности.

ОНИ НЕСУТ К НАМ ПЫЛЬ ВОЙНЫ НА СВОИХ САПОГАХ

Погром на железнодорожной станции в Ульяновске устроили контрактники, возвращавшиеся спецэшелоном из Чечни. Разгромили коммерческие павильоны, набрали сигарет и водки. Двоих местная милиция задержала. И тридцать ребят из разведроты кинулись "в бой" – освобождать "из плена" боевых товарищей. Привыкшие к "зачисткам", они и на мирной земле готовы с лёгкостью прибегнуть к мародёрству, грабёжу, расправам с непокорными, будь то хоть местные власти.

Ориентировка о погроме в Ульяновске была отправлена вперёд по ходу поезда, и на станции Юдино мятежный эшелон агрессивных, пьяных ветеранов (около 600 человек) встретили милиция и войска. Боевых действий удалось избежать только потому, что контрактники увидели: город готов к бою с ними.

– На этот раз обошлось. Но эшелоны будут идти и идти, – так прокомментировал событие руководитель воинского подразделения, просивший не называть его имени. – Солдаты едут с войны. Они научились стрелять, перешагнули моральный барьер "не убий". Они могут быть социально опасны. Кстати, среди контрактников есть и ранее судимые. Ведь кто идет служить по контракту? Ребята, которым нравятся сила, оружие, а по большому счету некоторым из них даже нравится убивать. И нравится идея добычи денег силой. Они уже "подсели" на войну, как наркоман на иглу, ловят от неё кайф. Так что нам ещё аукнется Чечня. Общество само должно обезопасить себя, вернуть их в мирную жизнь. Война есть война. Конечно, для психики её действие разрушительно. Как специалист я знаю: больше восьми-девяти агрессивно настроенных человек нельзя держать вместе. А когда едет целый эшелон – шестьсот человек! Считайте, что бомбу через всю страну везли. На этот раз обошлось…Но ведь эшелоны солдат будут один за другим возвращаться с войны.
* * *

Вот некоторые организации, где пытаются помогать ветеранам военных действий: Санкт-Петербургский Институт Позитивной Динамической Психотерапии и Психологии Отношений, центр реабилитации воинов "Русь" (Подмосковье), Институт психотерапии и консультирования Гармония, Нижегородская областная организация "Ветераны Чеченского Конфликта", Новосибирское общество "Обелиск", В Краснодарском крае – организация "Матери Кубани". В Ростове-на-Дону работает Союз "Женщины Дона". Участники локальных военных конфликтов из Перми и близлежащих городов могут обратиться в областной центр социально-психологической адаптации "Социум-плюс" и др.
***
по материалам Марины Ивлевой, газета "Владивосток" и Екатерины Колесовой, "Terra incognita" источник

Статья "На игле войны" взята из ЖЖ-сообщества "Работа психолога" rabota_psy

Вот странно, почему одни люди готовы убивать других людей, ради непонятно чего, но я ещё ниразу не слышал. что бы террорист взорвал скажем тобачный завод или офис алкогольной компании, что бы террористы взяли в заложники, а потом перед камерой отрезали башку, какому нибудь чинуше, который покровительствовал контробанде наркотиков... и так далее, ща что то не могу охватить своей фантазией другие роды деятельности, но думаю суть ясна. одни бывшие когда то мирными жителями, мочат других мирных жителей, а сильным мира сего похуй всё равно, бабки идут, крутяться и вертяться, а всё остальное их не касается.

На нашем местном форуме была в свое время (кахда там ещё было интересно и форум был живой, а не бесконечной чередой бенефисов нескольких персонажей) была традиция перед Новым годом менять аватарки на "новогодние".

Вот нашёл две "доработанные" картинки, из которых я затачивал аватары -

 

Левая картинка - декабрь 2003 года, правая - декабрь 2005.

Легко видеть, что за это время я разлюбил армянский "Арарат" и полюбил продукцию ГУП "Кизлярский коньячный завод".

Западный мир сегодня справляет Рождество, а я еду кататься на лыжах. Но сначала я должен, просто обязан внести ясность.

Чтоб вы знали, Иисус был негром. Атлетичным негром в фиолетовых штанах. Он дружил с Нельсоном Манделой и другими деятелями черного движения, которых было ровно двенадцать.

Мой друг Матвей по воскресеньям играет в черной баптистской церкви, в гетто «Анакостия». Воскресенье – святой день, когда наркоторговцы соблюдают негласное перемирие, надевают на себя костюм, на маму - шляпу и едут в церковь. Мамы в фиолетовом, мужчины в черном.

( Read more... )

Вчера, спеша после работы в метро, видел выходящего из подземного перехода ст.м. Тургеневская Онотоле. Знаменитый жилет его выглядывал из под куртки, нижним краем практически достигая колен.

После этого (надеюсь, что не вследствие!), приехав домой, со всем семейством и магазинными покупками изволил застрять в лифте на 40 минут. Попав, наконец, в квартиру, подумал, что давно не испытывал столь позитивных эмоций к посторонним людям, какие я испытал к человеку в замасленной куртке с надписью "OTIS" и грязной шапке-петушке, который выпустил нас из ловушки, разговаривал очень вежливо, извинился за задержку (!!) и поздравил с наступающим Новым годом. Будь здоров, хороший человек, здоровья тебе, счастья и зарплату побольше.

Напереживавшись в лифте, ночью видел сон, будто бы я сотрудничаю в каком-то то ли крайне русофобском еврейском журнале, то ли, наоборот, антисемитском. Журнал был научно-популярный, в духе прикладной биологии Гиммлера, но освещал не только антропологические, но и экономические и социально-культурные аспекты. Проснулся с чувством изрядного омерзения.

Читаем с сыном русские народные сказки. Вот где жесть. Возьмем одного лишь "Терешечку", далеко не самую жесткую сказку. Один лишь эпизод:
Я-то взрослый, я в умных книжках читал, про что эти сказки, что там за избушка на курьих ножках, кто такая баба-Яга и отчего у нее костяная нога, что символизирует метла, яичко, разбитое мышкой, и вообще блины. Но ребенку-то каково? Съедение ведьмой собственной дочери по ошибке он еще как-то легкомысленно воспринял, но зачем она  к а т а е т с я - в а л я е т с я? Во где жуть-то кроется, настоящая. От этих историй, уже литературно обработанных и выхолощенных "для детей", нет-нет и повеет седой архаикой, суровой и мрачной. Эдакое "загляни в глаза чудовищ"... При всей их непонятности и кажущейся примитивности, есть в этих сказках что-то настоящее, цепляющее. Как в старых песнях.

В этой связи вспомнилось: случайно прослушал недавно песенную композицию "Небо славян". Едва не стошнило. Поздний Газманов - и тот до такой пошлости  не дотягивал. После той же старой доброй "Там на Кубани" - какой же чудовищный отстой. Бедные те "славяне", что всерьез ощущают колоченье сердец под эти пафосные звуки.

Расхожая фраза - человеку свойственно ошибаться. Но точнее было бы сказать: человеку свойственно достраивать действительность. Видим нечто неполное и достраиваем, исходя из замеченных стигм и маркеров.
Практически одновременно два человека, которые меня не знают, дали мне характеристику. Разумеется, характеристики достроены в желаемом для авторов направлении.
Один человек мне пишет: "Я соскучилась по Вашим мудрым постам и строгим комментариям, пишите, заходите в гости, очень буду Вам рада!""Вы очень мужественный, цельный человек."
А вот как меня видит другой человек: "Интернет мало чем отличается от обычной среды, а в реале Вы же не пойдете в гости, заявившись, не заявите: "Вы здесь все мошенники." Почему то интернет общение Вас расхолаживает и Вы делаете именно так.
Я считаю это недостатком воспитания. Не нужно обижать людей, которых Вы мало знаете, и которые Вас приняли в свою компанию с радостью. Или Вы так делаете всегда? И на улице, и на работе?"" Если Вам есть еще что сказать в мой адрес и орвени, не стесняйтесь в выражениях, Вы ведь достаточно резкий человек (пишу с Ваших слов), не стоит себя сдерживать, в сети Вам в глаза посмотреть не смогут. Хотя вряд ли я Вам смогу ответить и по техническим причинам... и... бессмысленно.
Доказывать что сахар сладкий, а соль соленая? ;) Увольте."
Как в первом, так и во втором случае мою личность достроили, домыслили. Нет, я не цельный человек, а если и мужественный так просто потому, что иначе бы умерла. Вариантов не было. С удовольствием бы променяла свою живучесть, своё цепляние, карабканье, поднимание себя за шиворот с земли, своё счастье, когда ничего не болит, свою удачу, когда не хуже, чем у людей, - на здоровье, достаток и благополучие.
Если прочесть высказывания второго человека, то может сложится представление, что этому человеку я бог весть какие оскорбления нанесла. Так ведь нет же. Это тоже всё домыслено и достроено. Я отказалась высказываться: "Нет, я не буду комментировать. Я достаточно резкий человек, и вряд ли смогу "не обидеть" неграмотного с моей точки зрения автора." (Это об авторе одного стихотворения, который не знает, что отец и отче - это не синонимы.) Но мой оппонент всё, что ему хотелось, прочёл между строк. Додумал, домыслил все мои слова. Неважно, что они не были сказаны. Мне приписывается желание их высказать. Но кстати, тема нашего спора интересна и достойна отдельного поста. Это интернет-голосование.
Человек хотел увидеть во мне стерву, и увидел её. А я настолько не стерва, что это уже мой недостаток. Это недостаток - когда тебя используют, а тебе неловко сказать нет.
Да, очень часто люди при недостатке информации дорисовывают недостающие детали, хотя может быть, этих деталей в действительности не существует.
Вот ведь на картинке: один видит девушку, другой старуху.

__

другой вариант галереи, фото только с премьеры фильмов

http://www.photoshelter.com/gallery-slideshow/G0000OV58_Cr47EQ/

 Прекрасный пост по поводу Сталина:

Вот история из «лихих 90-х», точнее – года из 1996 или 97 примерно.

Жил-был один молодой человек, мой ровесник – соответственно, в описываемое время ему было 23 или 24 года. Для удобства давайте будем называть его Колей. Коля где-то учился, где-то работал – для нашей истории это, в целом, не важно.
Важно то, что неспешно приближается Новый год, и мама заблаговременно просит Колю при случае купить живую ёлку, благо ёлочный базар обычно работает фактически во дворе их дома.

Ну, вот приходит 20 декабря и открываются елочные базары. Коля помнит про ёлку, но покупать её не спешит – ведь до Нового года ещё 10 дней, балкона в квартире нет, а в комнате ёлка, купленная заранее, может за это время осыпаться. Тем более что ёлочный базар – прямо под окнами, зайти туда можно в любое время.

Мама терпит день-другой и опять напоминает про ёлку. Коля невнятно мычит что-то в ответ. Проходят выходные, но ёлка дома не появляется – Коля пьёт в своей комнате с друзьями. Следующую неделю мама говорит про ёлку с утра – перед тем как Коля уходит из дома – и вечером, когда Коля приходит. Уже можно бы купить ёлку, но утром базар ещё не работает, да и пришлось бы возвращаться домой с деревом, а к вечеру Коля устаёт и ему не до ёлки. Наступают последние выходные перед Новым годом, мама говорит о ёлке не переставая, но Коля занят поиском подарка для своей девушки, и ему не до фигни. Незаметно проходит тридцатое декабря и наступает тридцать первое.

В десять утра мама решительно входит в Колину комнату и недвусмысленно выражает бескомпромиссное желание увидеть дома ёлку в ближайший час. Коля понимает, что отступать некуда, одевается и выходит на улицу. Город празднично украшен, погода прекрасная, настроение великолепное – отчего бы прежде не выпить бутылочку-другую пивка, а потом уж можно и на ёлочный базар завернуть. В магазине Коля встречает друзей детства и, затарившись пивом, отправляется к ним в гости.

Здесь мы обязаны напомнить нашим юным читателям, что в далеком 1996, да и в 1997 году мобильные телефоны, конечно же, существовали, но большинству людей из тех, кто покупает ёлки не в барвихинской Лакшери Вилладж, а на уличном елочном базаре, они были в то время недоступны. Поэтому Колина мама, не дождавшись сына ни через полчаса, ни через час, обзвонила двух-трёх Колиных приятелей – безрезультатно, но по моргам и больницам, зная своего сына, звонить не стала. Зато запасла к приходу Коли изрядную порцию матюков и, на всякий случай, скалку.

Вернувшийся примерно в полшестого вечера Коля, несмотря на довольно плотное опьянение, безжалостно вышвырнут из квартиры – пустить обратно его обещают только с ёлкой. Коля приходит, наконец, на ёлочный базар и застаёт там счастливых продавцов, пьяных в гораздо более серьёзную кондицию, нежели он сам, и россыпь еловых веток различных степеней потрёпанности. Грустный Коля гуляет ещё минут сорок вокруг ёлочного базара, затем всё же идёт домой и в подъезде натыкается на своего папу, возвращающегося из гаража. У папы с собой бутылка водки и банка маринованных грибов, он уже хочет начать провожать старый год.

Папа открывает дверь – мама хлопочет на кухне. Папа и Коля снимают куртки и обувь, проходят в комнату и даже успевают выпить по паре стопок, прежде чем заглядывает мама и интересуется, где же ёлка. Ёлки по-прежнему нет. Мама впадает в перманентную истерику и ходит с кухни в комнату и обратно, оглашая квартиру всё менее членораздельными проклятиями. Коля с папой постепенно допивают бутылку водки.

Времени восемь часов вечера 31 декабря. Мама подходит к буфету и со словами «Да пропадите вы пропадом!» достает заныченный стограммовый фуфнырь коньяку и выпивает его в один приём прямо из горлышка. Затем она идёт на кухню, выключает все конфорки, снимает фартук и садится в комнате перед включенным телевизором. Папа тоже смотрит на Колю укоризненно и произносит соответствующие ситуации слова – ёлка ему лично, быть может, и не очень нужна, но скандал перед самым Новым годом нужен ещё меньше.

В восемь часов вечера 31 декабря живую ёлку в городе взять негде. Если только украсть, но Коля отвергает такой план. У него есть план получше. Коля надевает кеды, куртку поверх футболки и шапку-пидорку, берет складной нож, фонарь и молча выходит из квартиры. На улице к вечеру изрядно похолодало. По дороге попадается 195 автобус, и Коля проезжает на нём пару остановок в направлении платформы Яуза. Идёт пешком по опустевшей Малахитовой, мимо зонтичной фабрики, переходит замерзший мост и садится на пушкинскую или софринскую электричку. После Лося начинает внимательно вглядываться в темень за окном, иногда даже подсвечивая фонариком.

На платформе Челюскинская он выходит из электрички, спрыгивает с платформы, перебирается через металлический забор и оказывается чуть ли не по пояс в снегу. Но Колю это не пугает, потому что в нескольких метрах он видит не меньше полудюжины подходящих ёлок. Выбрав одну из них, с наиболее широко раскинувшимися ветками, Коля подгребает к ней и начинает строгать ствол тупым ножом.

Минут через двадцать ель повержена, и Коля выволакивает её на платформу. Кеды промокли насквозь и обледенели, пидорка забыта где-то в снегу, но московская электричка уже светит издалека прожектором. В этот момент Коля понимает, что он выбрал довольно оригинальную ель: если посмотреть на неё сверху, то наблюдатель увидит не круг, а сектор примерно в 150 градусов – таким образом, это даже не половина ели, а несколько меньше. Идти за следующим деревом у Коли уже нет сил. Он садится в электричку и в полной прострации едет в Москву.



Рис. 1. Диаграмма добытой Колей ёлки

Примерно без четверти одиннадцать вечера Коля упирается лбом в звонок своей квартиры. Когда родители открывают дверь, у него ещё хватает сил, чтобы внести в квартиру чудовищную ёлку, стянуть одежду и обувь и забраться в горячую ванну. Там силы покидают Колю, и он засыпает.

Просыпается он в половину двенадцатого, вылезает из остывшей воды, вытирается и одевается. Ёлка стоит в углу (умно! Папа инженер!) и уже наряжена, включен телевизор, родители чокаются за накрытым столом. К ним присоединяется и уставший, но довольный Коля. Вскоре наступает Новый год. Праздник удался.

А потому, если хотите украсить к Новому году свой дом живой ёлкой и купить близким хорошие подарки, равно как и затариться продуктами и напитками для новогоднего стола – не тяните с этим особенно долго. На 31 декабря лучше точно не откладывать.

Я встаю в пять утра. Работаю по 12 часов в день. Без суббот и воскресений.
У меня столько работы. Я так устаю.

Ты можешь часть этой работы дать подчиненным?
Нет, это не возможно
Ты пробовала поговорить с руководством о своей нагрузке?
Нет, это невозможно

Довольно скоро становится ясно, что человек хочет быть сильно занямым.
Что происходит?

( Read more... )

Когда я смотрел этот фильм, мне было меньше лет, чем главному герою. Летний кинотеатр, лавочки. Рядом громко разговаривали и я раздражался, мне мешали. Cамо собой, Иван был для меня персонажем обаятельным. Совок был полон помпы и вранья, а этот курьер, лихо рассекавший на скейтборде, непринужденно клал на всех с прибором. Его «а, Агнесса Ивановна» звучало как музыка, а слова – не идти на компромисс казались смелыми, мужественными. Притягательный жизненный принцип для подростка.

Прошло больше 20 лет,

( Read more... )

Я что хочу сказать.

Сферического Сталина в вакууме я тоже ценю и уважаю.

А реального - не люблю, вместе с прочими большевиками и другой ррреволюционной сволочью.

Если кто-то вслед за глубоко уважаемыми людьми воспросит у меня пруфлинки, то я укажу хотя бы на расстрел шуйских священников в 1922 году. Лично для меня этого вполне достаточно.